Утилизация населения в Узбекистане!

В Международный день Холокоста, все молчат о современных концлагерях, пытках и внесудебных казнях, в Центральной Азии, так упорно поддерживаемых Германией и Израилем.

27 января 1944 года советские воины освободили концлагерь Освенцим, и теперь во всем Мире отмечают Международный день памяти жертв Холокоста.            Я искренне скорблю со всеми родственниками и жертвами фашизма и как верно подметила президент фонда «Холокост» Алла Гребер: — «Фашизм создал самое отвратительное и самое чудовищное преступление против рода человеческого, это концлагеря, гетто и пытки».            В 1945 году немцы, осознав трагедию Мира, дали клятву – «Никогда больше! Это не должно повторится», но видимо их потомки забыли об этом по прошествии чуть более полувека, если уж сегодня «не видят» правду о лагерях смерти в других странах. И какова же низменность немецких политиков, которые не только замалчивают, сегодняшние преступления, но и всячески поддерживают и выгораживают новых фюреров, покрывая современные преступления против человечества.

На немецкие деньги в Узбекистане реанимированы концлагеря, полиция применяет средневековые пытки для уничтожения оппозиции, преследование свободы слова и удержания своей власти, кровавым режимом Ислама Каримова.

Вот уже более 20 лет Бундестаг остается глух и слеп к жалобам международных гуманитарных и правозащитных о преступлениях против человечества совершаемых режимом Ислама Каримова. Видимо для фрау Меркель важнее трафик афганского героина через Узбекистан, нежели соблюдение прав человека для каких-то туземцев живущих на другом конце Земли.

Каримовские концлагеря, почти полный список тюрем и зон Узбекистана

Следственные изоляторы (тюрьмы)

  1. УЯ 64/ИЗ — 1 г.Ташкент , ул.Наманганская 1, (Таштюрьма)

По разным сведениям в Таш. тюрьме содержится около 18.000 человек, камеры рассчитанные на 6 человек – содержат от 15 до 20 человек, а камеры рассчитанные на 10 человек содержат от 30 до 50 человек. Таштюрьма была выстроена во времена Екатерины и Эмир Ташкентский специально просил Императрицу помочь ему в строительстве этой тюрьмы, но это был только первый корпус (аул)на тюремном языка 1-й аул “Фергана- Монастырь”, здесь основной контингент заключенные женщины, “монашки”,всего корпусов 4 . 2-й аул “Бухара — Шатаранга”, 3-й аул –“Янгийул-Малолетка”

  1. УЯ 64/ИЗ — 2 (данных нет)
  2. УЯ 64 /ИЗ– 3 г. Бухара, Бухарская обл.
  3. УЯ 64/ИЗ — 4 (данных нет)
  4. УЯ 64/ИЗ — 5 г. Карши, Кашкадарьинская обл.
  5. УЯ64/ИЗ — 6 г. Ургенч, Хорезмская обл.
  6. УЯ 64/ИЗ — 7 г. Катта — Курган, Самаркандская обл.
  7. УЯ 64/ИЗ — 8 г. Термез, Сурхандарьинская обл.
  8. УЯ 64 /ИЗ- 9 г. Нукус, Республика Каракалпакстан.
  9. УЯ 64/ИЗ- 10 г. Фергана, Ферганская обл.
  10. УЯ 64/ИЗ — 11 г. Коканд, Ферганская обл.

по разным сведениям это очень маленькая тюрьма, строилась по указанию кокандского хана, всего один одноэтажный аул.

  1. УЯ 64/ИЗ — 12 г. Наманган, Наманганская обл.
  2. УЯ 64/ИЗ — 13 г. Хаваст, Сырдарьинской обл.

Самая доступная тюрьма для наркотиков

14.УЯ 64/ИЗ — 14 г. Андижан, Андижанской обл.

Колонии исполнения наказания  (КИН) «зоны»

  1. УЯ 64/1 пос. Занги — Ота, Ташкентской обл. (строгий режим)

“чёрная зона”

  1. УЯ 64/2 (данных нет)
  2. УЯ 64/ 3 пос. Тавакскай , Ташкентской обл.(усиленный режим)

“чёрная зона” — санитарная, в основном для кожно — венерических, сердечно-сосудистых больных, инвалидов и стариков.

  1. УЯ 64/ 4 (данных нет)
  2. УЯ 64/ 5 (данных нет)
  3. УЯ 64/6 гор. Чирчик, Ташкентской обл. (строгий режим),

“чёрная, воровская зона”, в советские времена в основном содержала авторитетов, братву.

21.УЯ 64/ 7 Ташкент, Уз бум, Фаргона йули 222,

(общий режим), женская, “красная зона”

  1. УЯ 64/ 8 (данных нет)
  2. УЯ 64/ 9 Ташкент, ул. Аханграбо 1, (строгий режим), “чёрная зона),раньше лидеры преступного мира, добровольно шли в эту зону на короткие срока “отпуск”,
  3. УЯ 64/ 10 (данных нет)
  4. УЯ 64/ 11 (данных нет)
  5. УЯ 64/ 12 (данных нет)
  6. УЯ 64/13 (данных нет)
  7. УЯ 64/14 Ташкентская обл., пос. Садовый, (колонное поселение), “красная зона”.
  1. УЯ 64/ИЗ 15 (данных нет)
  2. УЯ 64/ИЗ 16 (данных нет)
  3. УЯ 64/17 (данных нет)
  4. УЯ 64/18 , Ташкент, ул. Аханграбо 1, (строгий режим) “сан. город – черная зона, “тюремный санаторий””, тюрьма-больница для серьёзно больных заключённых, излечить которых в зонах на метах невозможно, так же в “сан городе” актируют безнадёжно больных заключенных, так же там работает экспериментальная лаборатория по туберкулёзным больным. Также туда могут попасть и другие заключенные – здоровые – за деньги, обычно это блатные. Длительное время там провёл Махамажон Одилов.
  5. УЯ 64/ 19 (данных нет)
  6. УЯ 64/ 20 Навоийская обл., Учкудукский район, пос. Бесапан (строгий режим), “красная зона”
  7. УЯ 64/ 21 Ташкентская обл. г. Бекабад (строгий режим) , “красная зона”, для бывших сотрудников милиции, судов, прокуратуры, спец.служб. В народе просто “лагерь-козлёнок”, по наблюдениям это одна из благополучных зон в Узбекистане МВД для своих бывших сотрудников осужденных за различные преступления , создало идеальные условия, для отбытия срока наказания, почти по европейским стандартам, здесь полностью отсутствуют издевательства, пытки, избиения, практически не было побегов, нормальное питание, медицинское обслуживание, бытовые условия, наиболее часто подвержена влиянию амнистий.
  8. УЯ 64/22 Бухарская обл. пос.? (общий режим), “красная зона”, в основном для осужденных за кражи, угон, дебош, изнасилования.
  9. УЯ 64/23 (данных нет)
  10. УЯ 64/ 24 (данных нет)
  11. УЯ 64/25 Бухарская обл., пос. Караулбазар, (особый режим), “чёрная зона), для осужденных рецидивистов и особо опасных, в народе просто “полосатики”, камерная система содержания, работают осужденные также в камерах. Предусмотрено было в СССР, что в случае начала военных действий на территории страны всех заключенных расстрелять без промедления, на сегодняшний день это положение в Узбекистане в силе. Но в 1941 году маршал Рокоссовский, убедил Сталина не расстреливать заключённых, а отправить их на передовую в “штрафные батальоны”, где осужденные шли безоружные на врага и должны были оружие добыть себе в первом бою. Таковым образом Рокоссовский избавил от смерти и длительных сроков заключения многих людей, Караул базар в 1941-45 г.г. был самым крупным центром формирования “штараф. батов” во всей Средней Азии и Казахстане, другое название “Караульской зоны” в то время “дикая дивизия генерала Кумова”.

По непроверенным данным в 1996-97 (?), здесь во время бунта был убит российский авторитет Олег Левин, был большой скандал, после чего начальник зоны и два его заместителя были приговорены к смертной казни.

  1. УЯ 64/26 (данных нет)
  2. УЯ 64/27 (данных нет)
  3. УЯ 64/28 (данных нет)
  4. УЯ 64/29 г. Навои, (общий режим), “красная зона”, одна из самых не благополучных зон в Узбекистане, при расчете на 1200 человек в 1998 году в неё было 4000 чел., в 2000 – около 6000, в 2001 году более 7500 человек, сведения получены из разных, но очень достоверных источников. В зоне на официальном уровне — на живых людях практикуются штурмовые отряды ОМОНа, по отражению различных бунтов, случаются и смертельные исходы среди заключённых. Практически отсутствует медицинское обслуживание, не пригодное для человека питание, избиения, пытки, доносительства, мародерство, убийства и понуждение к самоубийству. В основном содержатся осужденные за кражи, ограбления, наркотики, оружие, в последние время участились и случаи помещения туда осужденных за религиозные и политические убеждения. Зона является одним из основных эпицентров по распространению туберкулёза по Узбекистану, учитывая “миграцию” заключенных по зонам, то 29 зона главный “поставщик” туберкулёза по всем зонам. Примечательно, что для искоренения туберкулёза в этой зоне не только ничего не делается, но и умышленно создаются условия для лучшей инкубации туберкулёза, что подтверждается участившимися случаями заболеваний сотрудников охраны, солдат срочной службы, гражданских рабочих и родственников осужденных, что приезжают на свидания.
  5. УЯ 64/30 (данных нет)
  6. УЯ 64/31 (данных нет)
  7. УЯ 64/32 пос. Уйгур Сарой, Папский район, Наманганской области, (общий режим), “красная зона”. Зона ориентирована на выпуск резино-содержащих изделий. Шланги, калоши, коврики для авто и др. Заключенные наиболее подвержены легочным заболеваниям. Остро стоит проблема туберкулеза, в условиях вредного производства, “палочка Коха”, активизируется гораздо быстрее.
  8. УЯ 64/33 Кашкадарьинская обл. пос. Шейх — Али, (усиленный режим), “красная зона”, во времена СССР там содержались в основном бывшие милиционеры младшего звена и военные, была рассчитана на 500 чел. В данное время, здесь условия наиболее невыносимые.
  9. УЯ 64/34 (данных нет)
  10. УЯ 64/35 (данных нет)
  11. УЯ 64/36 г. Навои (смешанный режим), для неизлечимо больных туберкулёзом. Рядом зона № 29, но в отличие от неё 36 стоит неподалёку от цементного завода, вся территория вокруг зоны сплошь усыпана цементной пылью, естественно больные дышат этой пылью. С другой стороны зона “атакуется” заводом “Навои Азот”. Невольно возникает чувство что, всё сделано для того, что бы заключенные скорее умирали, то же самое подтверждает начальство зоны, жалуясь на отсутствие элементарных медикаментов, что ведёт к большой смертности больных. Зона приспособлена для скорейшего умерщвления больных туберкулёзом. Зона рассчитана на 500 человек, реально там содержится около 3000 человек, питание рассчитано таким образом, что бы люди просто не умирали от голода. Что бы понять, о чем идёт речь достаточно посмотреть фильм “Судьба человека”, сюжет из концлагеря уничтожения. Реальный образец вермахтского экспериментального лагеря на выживаемость
  12. УЯ 64/38 – колонное поселение, г. Бука, Ташкентской области.
  13. УЯ 64/39 –(данных нет)
  14. УЯ 64/40 –(данных нет)
  15. УЯ 64/41- колонное поселение, г. Заравшан
  16. УЯ 64/42 – (данных нет)
  17. УЯ 64/43 – (данных нет)
  18. УЯ 64/44 — (данных нет)
  19. УЯ 64/45 – (усиленный режим), г. Алмалик, Ташкентской обл., “черная зона”. В народе просто “рай-зона”, в советские времена – благодаря усилиям некого авторитета (возможно Едгор ?), эту зону ни разу не ломали и якобы она была только для братвы, что “имеют вес”. Сейчас в зоне сохранены более человеческие условия , для отбывания срока, крайне редко к заключенным применяют пытки, питание не очень, но нет мародёрства и наказывается осведомительство и “дружба с ментами”. Зона рассчитана на 1000 человек, реально там содержится 2500-2700 человек, и это нормально – по сравнению с другими лагерями.
  20. УЯ 64/46 – (строгий режим), г. Навои, “чёрная зона” (?), в народе просто “Мадаминовская зона”, якобы некий бывший заключённый Мадамин, “греет” эту зону и платит ментам, что бы те сохраняли там человеческие условия. Зона также находится неподалеку от большого промышленного объекта, зона сама продает свои изделия и имеет какие то деньги, введена система самоуправления, но это не более чем скрытое осведомительство.
  21. УЯ 64/47 (строгий режим) — ?, “красная зона”, пос., Кизил – тепа, Навоийской области.
  22. УЯ 64/48 (строгий режим), “красная зона”, г. Заравшан, Навоийской обл.
  23. УЯ 64/49 (общий режим), “красная зона”, пос. Шейх – али, Кашкадарьинская обл., также одна из неблагополучных зон, где открыто, процветают — все нарушения прав человека какие только есть. Но реально информации нет. Зона работает на кирпичном производстве.
  24. УЯ 64/50 (данных нет)
  25. УЯ 64/51 (строгий режим), “красная зона”, г. Касан, Кашкадарьинской обл., условия содержания крайне тяжёлые, нет элементарных условий для выживания – даже питьевой воды, та, что есть, не только пригодна для питья, но и опасна для здоровья. Местные жители часто болеют кишечными заболеваниями. В зоне вода привозная, но начальство зоны относится халатно, поэтому смертность от таких болезней как дизентерия, язва желудка, гепатит – самая высокая по Узбекистану.
  26. УЯ 64/52 (колонное поселение), г. Ахангаран, Ташкентской обл.
  27. УЯ 64/53 –(данных нет)
  28. УЯ 64/54 (данных нет)
  29. УЯ 64/55 – (данных нет)
  30. УЯ 64/56- (данных нет)
  31. УЯ 64/57 – (колонное поселение) г. Алмалик, Ташкентской обл.
  32. УЯ 64/58 – (данных нет)
  33. УЯ 64/59 (данных нет)
  34. УЯ 64/60 –(данных нет)
  35. УЯ 64/61 – (общий режим), “красная зона”, пос. Шей-али, Кашкадарьинской обл. Об этой зоне можно говорить много и долго. Самый большой эпицентр ментовского беспредела и нарушения, прав человека в виде пыток, издевательств, есть даже сведения о достаточно частых массовых убийств заключенных. Наиболее часто там происходят бунты, но система осведомительства там работает как система физического выживания. Блатные откровенно “стучат” друг на друга и это не считается зазорным, все живут по принципу – чем блатнее – тем “козлее”. ГУИН при МВД приводит эту зону в пример для подражания, что бы и в других зонах применяли все методы “ломки” непокорных. 61 зона – сеть самое откровенное отражение сталинских лагерей, читайте Солженицына, там то же самое.
  36. УЯ 64/62 – г. Каган, Бухарской обл., колонное поселение.(?)
  37. УЯ 64/63 – (колонное поселение), г. Ташкент, м-р Карасу
  38. УЯ 64/64 – (колонное поселение ?), г. Джизак.
  39. УЯ 64/65 – (колонное поселение), пос. Занги-ота, Ташкентской обл.
  40. УЯ 64/66 –(колонное поселение), пос. Туркистон, Зангиатинского района, Ташкентской обл.
  41. УЯ 64/67 – (колонное поселение), пос. Бухоро, Мубарекский район, Кашкадарьинской обл.
  42. УЯ 64/68 – (колонное поселение), пос. Барданкуль, Ташкентской обл.
  43. УЯ64/69 — (колонное поселение), пос. Галла-Кудук, Ахангаран, Ташкентской обл.
  44. УЯ 64/70 –(колонное поселение), пос. Аль-Хоразмий, Мубарекского района, Кашкадарьинской обл.
  45. УЯ 64/71 – (особый режим), “красная зона”, пос. Жаслик, Каракалпакстан. Построена в 1996 году по инициативе нынешнего режима. Зона специально рассчитана для заключения там осужденных по религиозным и политическим мотивам. Истинное воплощение “Бухенвальда, лагерь физического уничтожения. Заключенным запрещено выдавать зимнюю одежду, многие умирают от холода в суровых условиях плато Устюрт. Самая засекреченная зона. Все репортажи об этой зоне, в основном сделаны по заказу правительства РУ, и естественно не совсем соответствуют действительности. Сбор сведений затрудняется тем, что живым оттуда никто не вернулся, по приказу МВД – оттуда выход только один – на кладбище.
  46. УЯ 64/ПБ — (крытый режим, камерная система), м в Чукурсой, Ташкент, тюремная псих.больница, для душевнобольных заключенных. В советские времена больница имела функцию по внедрению искусственного сумасшествия через особо сильные психотропные препараты. Сейчас эту функцию никто не отменил, туда отправляют совершенно здоровых людей и делают там из них полных идиотов. Есть реальные факты о том, что там, полное олицетворение карательной психиатрии. “Вирус демократии”, там изгоняют такими препаратами как сульфазин, галаперидол, модетен-депо, синерзин и другие, по экспериментальной методике – “выживет – не выживет”. В сочетании с голодом и избиениями, выживают не многие, многие превращаются в действительно психически больных людей.
  47. УЯ 64/Т-1 (крытый режим), г.Андижан. Тюрьма содержит в основном рецидивистов. Других данных нет.
  48. УЯ 64/ (?), колонния для девочек – подростков, г. Коканд, Ферганской области, “спец. Школа”, ГУИН всячески отказывается от факта наличия этой колоннии. Данные противоречивые и отрывистые.

Всего по данным журнала “ЗОНА”:

Следственных изоляторов (тюрем) —————12.

Учреждений крытого режима – ——————— 2.

Колоний общего и строгого режима – ————-18.

Колоний особого режима – —————————-1. (?)

Тюремно – лечебных учреждений – ——————3.

Воспитательно — трудовых колоний для несовершенно-летних – 3.

Женских колоний – —————————————1.(?)

Колонных поселений – ———————————-12.

ОБЩЕЕ КОЛИЧЕСТВО УЧРЕЖДЕНИЙ (?) – 52.

Уважаемые читатели, данные предоставленные различными организациями, иногда противоречивы, ГУИН, хранит молчание по этому поводу. Так, что если кто может, что-то добавить к имеющейся информации, будем рады.

 

Отрывок из книги “В зоне UZ”, часть вторая “Независимость строгого режима”

                            Ни ума, ни чести, ни совести.

Себя остерегаю я вопросом,
Себе как цель поставил я ответ.
Какой же без поэзии философ?
Какой без философии поэт?

Народно-демократическая партия Узбекистана (НДПУ) руководимая и созданная Исламом Каримовым из осколков компартии Узбекистана в 1991 году сразу после развала Советского Союза. Изначально цели и задачи партии отвечали чаяньям народа и были близки и понятны многим жителям Узбекистана, но позже НДПУ внедрила несколько чудовищных программ и проектов, по уничтожению собственных сограждан.

Если ты не знаешь, то в 60-80 годы в Узбекистан, как мухи на ватрушку слетались криминальные авторитеты со всего Союза, почва для культивации идей уголовной романтики была более чем благодатная, взяточничество, кумовство, отдаленность от Москвы. После чего, как и всякое семя, брошенное в худую землю, стало давать худые всходы и результаты не заставили себя ждать. «Братва» подмяла под себя зоны и тюрьмы, они как спрут повязали липкими щупальцами коррупции местных чиновников, аж до самого Правительства Советского Узбекистана. Дошло до абсурда, что в 80-е годы многие воры в законе, жулики и прочие «генералы» преступного мира, будучи осужденными в других республиках, платили огромные взятки, чтобы отбывать свой срок в Узбекистане, ведь там были «рай-зоны», любовно обустроенные ташкентскими «братками». Люди старшего поколения не дадут соврать, что так и было, а посему в Узбекистане криминал всех мастей распустился пышным цветом и «Ташкент – малина» занял «почетное» третье место среди криминальных столиц СССР, пропустив вперед «Одессу-маму» и «Ростов-папу». Так продолжалось до распада Союза, но с приходом нового времени, власть решила изменить положение дел.

рис 2 9230

Вначале 90-х годов прошлого века в независимом Узбекистане под видом борьбы с криминалом, прошла «первая волна» массовых репрессий. Сначала были физически уничтожены лидеры почти всех преступных группировок, их расстреляли из пулеметов как бешеных собак, а раненных добивали выстрелом в упор. Это произошло летом 1994 года на окраине Ташкента, под видом «стрелок» на заброшенном пустыре собрали несколько ОПГ, а когда «братки» были на месте, по ним открыли огонь прямой наводкой Кровавая драма, с расстрелом пусть даже бандитов без суда и следствия стало шоком не только для жителей Ташкента, но и для всего Узбекистана и соседнего Казахстана, если ты не знаешь, то Дендропарк находится всего в паре километрах от казахской границы, которая в те времена имела весьма условные очертания, а посему слухи не поползли, а разлетелись как мухи их помойки. За этой спецоперацией стоят узбекские спецслужбы, в частности Служба Национальной Безопасности (СНБ).

Но люди быстро отошли от шока, ведь к тому моменту распоясавшиеся организованные группировки держали в страхе целые районы и города, они практически открыто они угоняли автотранспорт, не только у частных лиц, даже у госструктур, похищали девушек для своих утех и промышляли вымогательством, облагая данью предпринимателей. Подробно об этом ты прочитаешь в главе «Чайхана и все, все, все». Народ Узбекистана в целом с пониманием отнесся к таким методам шоковой терапии, ведь государству удалось обуздать организованную преступность, а те бандиты, кто укрылся от пули, вынужден был бежать, но ненадолго, их находили и убивали за пределами Узбекистана.

Как говорится, аппетит приходит во время еды, после «ликвидации» организованной преступности, власти взялись за политическую оппозицию и всех потенциально опасных элементов. В реальности, власти подписали под себя двух преступных авторитетов, «Гафура» и «Салима», остальных, как я уже сказал, уничтожили.

Пришел 1994 год, Узбекистан ввел национальную валюту – СУМ и вторыми на очереди в политических репрессиях, стали ветераны афганской войны, другие воины-интернационалисты, «чернобыльцы», а также их общественные и коммерческие организации и объединения. Наиболее «опасных» лидеров ветеранских организаций не стали сажать в тюрьмы и расстреливать из пулеметов как бандитов. Столь деликатный вопрос поручили Министерству Юстиции, Прокуратуре и милиции, и даже придумали формальный повод, перерегистрация общественных организаций согласно новым законам, но предварительно арестовали банковские счета всех ветеранских объединений, тем самым нанеся непоправимый урон и без того, не очень богатым организациям. Как полагается, в те времена все делалось через известное место – откуда ноги растут. Советские законы упразднили, а новые еще не создали, а посему общественные организации зависли между небом и землей, банки не выдавали им денег не только на зарплату штатным сотрудникам, но даже на материальную помощь инвалидам и семьям погибших.

По факту на 1994 год в Узбекистане было четыре общественных организации ветеранов «горячих точек», Объединение воинов-интернационалистов и воинов запаса – ОВИиВЗ, Союз Ветеранов Афганистана – СВА, Фонд Инвалидов Афганской Войны – ФИАВ, и объединение семей погибших воинов — «Солдатские матери». По коварному замыслу властей, все эти организации в 1994 году, были ликвидированы и на их основе было «предложено» создать новую про-правительственную организацию, и по рекомендации из Аппарата Президента было рекомендовано, чтобы в названии новой организации не было слов «интернационализм», «война» и «Афганистан». Новая организация была названа «Объединение воинов-ветеранов» и тут же проведено подобие учредительного собрания, на котором «выбрали» руководство лояльное правящему режиму. С руководства взяли обязательство, что они не будут участвовать в политической жизни и не вмешиваться в конфликты с властью.

Прежние руководители общественных организаций ветеранов подвергались преследованиям, шантажу и угрозам, но никто серьезно не пострадал, в этом нужно отдать должное Исламу Каримову, он просто пощадил «афганцев» и не стал сажать их по тюрьмам и лагерям, но денег с арестованных счетов никто не вернул, а многим ветеранам было предложено покинуть Узбекистан по добру – по здорову, большинство так и сделали, уехали в Россию и сейчас там они достаточно влиятельные люди.

Это было показателем подлости вчерашних коммунистов, первые кто представлял опасность для них, это уголовники и ветераны «горячих точек», одних расстреляли, других ограбили. Это не считая республиканской организации ветеранов Великой Отечественной Войны, которых не тронули, за исключением, что заставили убрать из названия «Великой Отечественной» и переименовать на «Вторую Мировую», незачем в независимом государстве было упоминать о некогда общем отечестве.

У милиции было много работы на другом фронте и очень скоро по сфабрикованным уголовным делам были арестованы и отправлены на долгие годы в концлагеря, много талантливых людей. Следователи не утруждали себя сбором фактов и доказательств, большинство были осуждены по подложным материалам, признания выбивались под пытками, у подозреваемых «находили» в карманах наркотики и патроны. Хотя формально они и были осуждены по уголовным статьям, в реальности все они были первыми политзаключенными и не многим их них удалось выжить в этой мясорубке.

Тут бывшие коммунисты сделали три непростительные ошибки.

Первая, как и водится на Востоке и вообще у мусульман, большие семьи и у каждого за спиной не менее тысячи родственников и поэтому, уничтожая одного своего противника, власть на его место получала несколько десятков новых врагов, но уже озлобленных и более осторожных. И потом, никакое течение времени не отменяло законов кровной мести.

Вторая, в те времена старательно истребляли действительно демократическую оппозицию, это был цвет нации, были среди них и поэты и математики и даже академики, и были они действительно оппозицией, которая могла бы контролировать, а порой подталкивать в спину действующую власть, чтобы не зазнавались, как в примере с Турцией. Но в итоге на место интеллигентов Ислам Каримов получил бородатых отморозков с реальным боевым опытом и отсутствием хоть каких-то намеков на диалог с оппонентами.

Третья, в условиях политических репрессий и отсутствия какой либо справедливости, коррупции и практически узаконенных пыток, «бородатые» они же «ваххабиты», стали набирать невиданную популярность среди народа, причем не только среди узбеков и мусульман. Они стали обещать людям, то что народ хотел слышать, а именно, закрытие концлагерей, привлечение к ответственности палачей, а главное несметное богатство каждому человеку, с введением неких законовсправедливости, по которым в частности «Хизб ут Тахрир» обещали — Всем – Всё!

Далее произошло, то что произошло, многие люди им поверили, и в отряды вооруженных мятежников стали вливаться, не только коренные жители Узбекистана – мусульмане, но даже русские, украинцы, татары, корейцы.

В середине 90-х уже бушевала «вторая волна» массовых репрессий, что также было в планах правящего режима, по дальнейшему и физическому уничтожению любой оппозиции и просто недовольных. Также в секретных депешах МВД и СНБ были предписания по избавлению Узбекистана от людей с плохой наследственностью, которые по мнению властей не могли дать полноценного потомства, в этот зловещий список попали больные с психическими расстройствами, умственно отсталые, неизлечимые и наследственно отягощённые пациенты. Впоследствии в круг лиц, подвергавшихся уничтожению, были включены нетрудоспособные лица, старики, слепые, гомосексуалисты, явные шизофреники, больные синдромом Дауна и аутизма, глухонемые и другие инвалиды, конченые наркоманы, хронические алкоголики, а также болеющие тяжкими недугами свыше 3 лет и более.

— «Зачем лечить и содержать этих «паразитов» на теле общества»? Так говаривали чиновники от власти в те времена, и обрекали их на медленную смерть. Вот почему в Узбекистане алкоголь, наркотики и сигареты стоят недорого и доступны 24 часа в сутки, причем практически без ограничения возраста, ведь этому государству невыгодно платить пенсию своим согражданам до глубокой старости.

В памяти автора, (так как сам был инвалидом второй группы и часто получал «социальную помощь» в собесе), были множество случаев, когда социальные службы выдавали помощь продуктами, и в этом нет ничего плохого, но там была дешевая водка, как правило — палёная и грошовые сигареты, как обязательный атрибут «президентского подарка» к празднику или просто без повода – раз в месяц. Тем же, кто просил прибавки к пайку, в дополнение давали только пойло и табак, а мясо, консервы или крупы не выпросишь, просто не дадут. Вот и спивались люди от горя и боли, заливая алкогольным ядом тоску и обиду, подрывая и без того слабое здоровье.

Для противоположного лагеря, зажиточных граждан был введен определенный «кодекс бесчестия», этакий «стандарт» или «уровень соответствия», так это называется теперь! Если человек при деньгах, бизнесмен или чиновник средней руки, то обязательно у него под носом едва заметный кокаиновый пушок или руки исколоты героином, а если это красивая девушка, то не редко она клубная шлюха или алкоголица. Ой, извините, или как сейчас принято говорить «светская львица», «тусовщица», но никак не многодетная мать, порядочная женщина и верная жена.

Незавидная судьба была уготована нашим ветеранам и пенсионерам, кого «забыли» при переезде в Россию неблагодарные дети, и еще хуже, если при этом у стариков оставалась квартира, и при этом нет видимых родственников, тогда дедушки и бабушки становятся жертвами бригад «черных риэлторов» крышуемых ментами и прокурорами. Их травили ядами, выбрасывали с балконов, резали в подъездах и давили машинами, и все из-за квартир, которые они заработали в советское время, вкалывая на это государство, восстанавливая из руин Ташкент после землетрясения в 1966 году или работая на тяжелом производстве во время Второй Мировой войны. Диктаторский Советский Союз, который так часто проклинает Ислам Каримов, в признательность за труд и доблесть, дал им достойное жилье — бесплатно, а народно-демократический режим стал умерщвлять этих стариков, только во имя наживы своих обнаглевших отпрысков.

Есть устоявшееся мнение, что идея морить голодом и уничтожать в репрессиях по несколько миллионов человек, чтобы поднять экономику принадлежит Сталину, однако это не так. Впервые такие варварские методы применили британские колонизаторы в индийской провинции Бенгалия, в конце 18 века. Англичане обложили индусов неподъемными налогами, отобрали у них все, что можно было отобрать и вывезли все добро в Англию, где в это время разворачивалась индустриальная революция. Правда, от этого 7 миллионов человек в Бенгалии в 1769 – 1773 годов умерли с голоду. В период сталинских репрессий Украина, а также российское Поволжье, Казахстан и Кубань стали объектами голодомора. Теперь эти методы перенял и успешно внедряет Ислам Каримов, при красноречивом молчании ЕС и США.

Кого-то уничтожали голодом и нищетой, сокращая этим людям и без того недолгий срок жизни, кого-то изживали со света наркотиками, кого-то паленым бухлом, кого-то убивали за жилье, а для некоторых граждан Узбекистана, была уготована незавидная судьба, сгинуть в жерновах пыточных подвалов, концлагерей и тюрем. Из нации основательно вышибали мозги, уничтожая самых смелых и образованных, порядочных и честных, оставляя на свободе стукачей, казнокрадов и жопализов. Новая власть отбирает у своего народа все что пожелает, по закону сильного, а милосердие и сострадание к ближнему презираются и считаются недопустимой слабостью и даже позорным явлением, а именно проявлением слабости характера и об этом я еще напишу, позже, а пока перенесемся на окраину города Навои и об этом в следующей главе, — «А зоны здесь тихие»…

Former Uzbek refugees have been tortured after being deported from Norway.

Former Uzbek refugees have been tortured after being deported from Norway.

Uzbek state TV, the same burst on sensational reporting of Uzbek refugees in Norway. The essence of a truly explosive movie for totalitarian censorship of the media in Uzbekistan is that «traitors finally brought to justice the people». After all, in Uzbekistan, anyone who sought asylum abroad is a traitor.

In fact, happened, what they talked about human rights: — «The Deported from Norway refugees who have been refused asylum were forcibly deported to their homeland, may be subjected to torture» and «an entirely coincidence» they all ended up in jail and given a «confession «testimony. On a personal note I would say that these people I knew personally, but I am concerned about the fate of three other Uzbeks who sent in the same group, but they are missing, that is, they were deported and handed over to the Uzbek security officers, after which people simply disappeared, as dissolved foreign objects in sulfuric acid. Are they alive? Where are they now? What happened to them?

The film «Hiyenat» (“Treason»), represented by the pro-government organization Sayyod http://www.sayyod.com/ can be found here http://youtu.be/A3CiOn61xcI but the truth is the majority of staff from England and Germany, and to view you will need to Uzbek translator.

More detail there is an article in Russian http://www.ozodlik.org/content/article/26745163.html and here http://www.ozodlik.org/content/article/26746391.html

Отрывок из книги «В зоне UZ», часть вторая «Независимость строгого режима»

А зоны здесь тихие!

Не высказать не прозой не стихами,
Какая на сердце печаль.
Несказанное болью грусть терзает,
Морщины — подпись, седина – печать!

Недавно в интернете, я прочитал восхищенные публикации знаменитых российских блогеров об их поездках в Узбекистан. Туристы посещающие «жемчужину Востока» — Ташкент, видят вылизанные до стерильной чистоты улицы, сверкающие мрамором и стеклом офисы и отели, а также старинный Самарканд и древнюю Бухару, плюс традиционное восточное гостеприимство, ведь для большинства жителей Узбекистана, гость это не только милость божья, но и хороший заработок. Однако туристы не видят другого Узбекистана, нищеты основной массы народа при утопающих в роскоши вельможах. Узбекистан – это полицейское государство, где легализованы политические репрессии и пытки как в 1937 году и что вся республика практически окутана колючей проволокой, а города оккупированы полчищами жандармов и стукачей, которые не следят за безопасностью, а рыщут в поисках добычи как стаи голодных шакалов в степи.

Примечательная особенность любого областного центра Узбекистана, так это обязательное наличие концлагеря (зоны), во многих городах, таких зон две, а где то три или даже четыре, плюс как минимум одна тюрьма. К сожалению приходится констатировать факт, что во многих регионах зоны и тюрьмы, для местных жителей это единственное достойное место работы, то есть можно сказать, что концлагеря стали градообразующими предприятиями, нечто подобное было в Освенциме, немцы из близлежащих селений были рады такому соседству, так как там была работа и стабильность. Примеров таких много, самаркандская, ташкентская, кашкадарьинская, бухарская области, где как минимум по три зоны в каждом регионе, но сейчас разговор о Навои, где сосредоточены три самые «тихие» зоны. «Тихими» их называют, потому что там уже давно не было бунтов и недовольств, люди изнемождены голодом, пытками и болезнями, а многие доживают тут свои последние дни…

рис 9 Навои, центр города

Областной центр Навои расположен в 400 км от столицы Узбекистана, был основан в 1958 году и отстраивался исключительно силами заключенных в суровой долине Зарафшан, где летом температура выше 40 градусов держится более четырех месяцев, а зимой опускается ниже минус 15 и ниже, что в этих местах настоящий ужас, весной – осенью, проливные дожди, грязь и неутихающий ветер с песком, но главное это вода, практические непригодная для питья, подавляющее население этого региона вынуждены пить эту воду и страдают хронической дизентерией.

Навои – газодобывающий регион, а в большинстве домов местных жителей, газа не было и нет, хотя пейзажи из окон навоийцев сплошь газонасосные вышки, стоят густым лесом.

Окраина города Навои, здесь расположено три концлагеря, на почтительном удалении расположена зона УЯ 64/46 строгого режима – «Цементный завод». Прямо на окраине расположились две другие зоны, это УЯ 64/36 – «туберкулезная», в народе именуемая «тюбик», а называется она так, потому что там содержатся заключенные больные туберкулезом, в том числе и обреченные на смерть, неизлечимо больные, которых именуют «доходяги», из-за запущенности их болезни.

Примерно с 1995 года в эту зону также регулярно подселяют и здоровых заключенных, в основном осужденных по политическим и религиозным статьям (которых формально в Узбекистане нет), делается это умышленно, чтобы инфицировать их туберкулезом и медленно умертвить. Но правящий режим в Узбекистане категорически отрицает факт политических репрессий и пыток.

В первом томе «В зоне Uz», «Для тех, кто свободу любит», в главе пятой о Чукурсае, я рассказывал тебе, что такая технология умерщвления заключенных впервые была применена в гитлеровской Германии и называлась она «Т-4» или «Акция Тиргартенштрассе 4» и преследовала чудовищную цель, уничтожить более 70 000 человек. Насколько мы знаем из истории, нацисты этот норматив перевыполнили.

Рядом, практически через забор расположилась зона УЯ 64/29, общего режима, и здесь настоящий концлагерь, эпицентр ментовского беспредела и реанимация лагерей ГУЛАГА. Казалось бы, что человечество навсегда должно было забыть такие страшные слова, как концлагеря, репрессии и пытки, но нет, эти ужасные методы продолжают использовать многие диктаторские режимы на постсоветском пространстве.

Оба концлагеря, выполняют одну и ту же задачу, уничтожение людей, посредством медленной и мучительной смерти, для построения «процветающего» государства «Успехистан» и об этом ты прочитаешь ниже, а пока…

Жилой массив вплотную подступил к длинному забору из колючей проволоки в несколько рядов. За ним мертвое пространство шириной метров 30 и снова «колючка» и «путанка». Тут же массивный металлический забор по периметру окаймляющий всю территорию. С определённым интервалом расположены вышки часовых – это и есть «красная» зона, Навои УЯ 64/29. Вокруг несколько промышленных объектов источающих вредные выбросы в атмосферу, что не озонировало и без того неблагополучную экологическую обстановку в областном центре.

Эта зона была построена в конце 50-х годов с расчетом на 900 или максимум на 1000 человек, но к 2000 году в зоне количество зеков доходило до 3800, а были времена, когда численность зеков превосходила более 5000 человек, это данные в 2001 – 2002 годов, согласно получаемых от правозащитников отчетов — сейчас положение еще хуже. В бараках кровати четыре яруса в высоту и все равно люди спят на полу и в проходах. Осужденные разделены на 22 отряда, среди которых – рабочие в промышленной зоне – около 20%. Инвалиды и престарелые в отдельном отряде «дом престарелых», численность которого около 120 человек и смертность там достаточно высока из-за отсутствия медицинской помощи и лекарств. Отряд сферы обслуживания «хозбанда» — порядка 100 человек, это медицинский персонал из санчасти, пожарные – незначительная часть осужденных, составляют «элиту» и проживают отдельно от основной массы заключенных.

Самая неприятная часть, это специальный отряд «гарем», примерно 50-60 человек для неприкасаемых, а зеки называют их «опущенные», «петухи», «пинчи» и т.д., это заключенные гомосексуалисты или изнасилованные по разным причинам. Это не просто отверженные люди, это настоящие рабы, которых порой даже не кормят, точнее сказать кормят настоящими помоями, но всякий заключенный может потребовать от «петуха» секса, делать массаж, стирать вещи и прочие услуги. Также в «гарем» попадают морально опустившиеся личности – «помойнюшки», бомжи, психически больные, проигравшиеся в карты и вовсе не обязательно быть приверженцем не традиционной сексуальной ориентации, достаточно один раз оступиться, став «опущенным» однажды, подняться из этого статуса нельзя, человек пронесет его с собой через всю жизнь. Большая часть заключенных, все же стараются вообще не соприкасаться с «опущенными», все гоняют их от себя как помойных мух.

СПП (Секция правопорядка) — они же «гады», их численность колеблется от 180 – 200 человек, это осужденные подписавшие акт о сотрудничестве с администрацией и по сути они выполняли работу надзирателей и палачей, истязая других заключенных по приказу начальства. Такое уже было в истории, когда в гитлеровских лагерях смерти, фашисты предлагали добровольцам стать «капо», внутренняя полиция в лагере из числа самих заключенных. Вот почему во время освобождения немецких концлагерей, «капо», убивали все и фашисты и заключенные. Система «СПП» полностью копирована с гитлеровских «капо», именно поэтому, автор выдвигает вполне реальные обвинения против правящего режима в Узбекистане в преступлениях против человечества, заключающегося в подражании фашизму и заимствовании сталинских методов политических репрессий.

Приемник-распределитель 29-й зоны, первое, что находится сразу при входе в концлагерь. Кстати все проходы, также как и отряды разделены между собой мощной металлической оградой из толстой арматуры, снабженной сигнализацией и отороченной колючей проволокой.

Следует сказать особо о «ломке» в зонах, то есть способах подавления воли и духа человека оказавшегося за решеткой. Цель «ломки» превратить живого человека в трусливое животное и отправить его в такое же стадо трусливых млекопитающих.

Первый прием «ломки» происходит, как только прибывает очередной этап из Таштюрьмы. Вновь прибывших осужденных пропускают «сквозь строй». Солдаты «ВВ» или сверхсрочники, стоящие в две шеренги лицом друг к другу на расстоянии 2-3 метра и вооруженные резиновыми дубинками. Осужденный выходит из автозака, руки за спиной и попадает в строй между солдатами, которые подгоняют его ударами дубинок, что уже является элементом устрашения, так что бы не повадно было прекословить в будущем. Потом «шмон» и так называемая «санобработка», где бьют дубинками не только ни за что, но если есть, за что, то вообще могут избить до потери сознания. Например, «дубаки» подгоняют осужденных также дубинками, при этом любое возмущение жестоко подавляется избиением. Хуже тем, кто отбывал наказания в советские времена и имеет уголовные татуировки. Например, обладатель татуировок, восьмиконечных «воровских» звезд на коленях, подвергается не только избиениям, но и в последующем большим унижениям.

Бывает такое, молодой человек, прибыл в зону с «малолетки» — на коленях у него «воровские» звезды и вообще весь был расписан татуировками «под хохлому».

Прапорщик его спрашивает; — Что это значит?

Тот ответил, — Никогда перед ментом на колени не встану!

Что только добавило страсти надзирателю: — Ага, нет, еще как встанешь и мало того, будешь со слезами на глазах просить прощения и умолять о пощаде

Парня били дубинками, он забился в угол, свернувшись в клубок – пытаясь закрыть голову от ударов дубинок и сапог, потом на него полуживого натравили собак людоедов.

Наконец – то, он закричал, — Вайя, начальник, прости, не буду больше…, и он едва стоял на коленях и плакал как ребенок.

Вообще за все два года, что автор провел в навоийской области, заезжая на зоны с концертами, практически четыре раза в год, он не раз видел как «крутые парни» и «блатные» и «маслокрады» и «разборщики» и многие другие, кто на свободе кичились крутизной и непокорностью, тут умывались кровью и соплями, в прямом смысле не только стояли на коленях, но и ползали, целовали ментовские сапоги и умоляли о пощаде. Не стоит говорить, что так унижались абсолютно все, но если администрации зоны угодно будет, то они тут любого – сломают. Мотивировка – «блатовать на воле надо было, а тут либо платить – за блат, либо работать на хозяина». Таким образом практически не осталось уголовных авторитетов, а те что есть – «стучат» не только на чужих, но и на своих…

В распределителе, длиной 30 метров установлены 17 двухъярусных металлических кроватей, вместо пружин – стальные пластины, уложенные поперек и закрепленные сваркой. Матрацев – нет. Лишь на некоторых, старые замусоленные тряпки, кишащие вшами и спрессованные временем и множеством тел. Зачастую количество зеков здесь доходит до 130 человек. Спать на шконку устраиваются по двое, а иногда по трое. Занятые телами проходы, спящие люди прямо на холодном бетонном полу – обычное явление. В конце помещения слева устроен душ, который «функционирует» 24 часа в сутки, из-за неисправности кранов. Здесь влажность и смрад как в джунглях, но люди вынуждены мириться, так как есть постоянная опасность избиений за проявление недовольства. Бьют не только менты, но и «гады». Кто на шконках, спят полураздетые – здесь немного теплее из – за исходящих паров душа, но влага и зловонье это обязательный атрибут в распределителе, те кто спит на полу кашляют и температурят от простуды. Есть случаи смертности еще до захода в зону, от переохлаждений и сердечных приступов.

Вновь прибывшие ожидают распределения по отрядам от 2-х до 3-х недель. Иногда появляются проверочные комиссии из различных организаций. К их визиту администрация что – то приводит в порядок, так как о проверке «хозяину» известно заранее. Тем не менее, проверяющие удивляются, возмущаются, ругаются с администрацией, но все остается без изменений. После отъезда комиссии «хозяин» и «кум», начинают «разбор пометов». Физическое наказание тех, кто осмелился не только жаловаться проверяющим, но и даже тех, с кем проверяющие имели глупость просто общаться. Не важно, что осужденный, не высказал каких – либо жалоб.

Повод для избиения уже есть – Сука тебе, что плохо живется? Будет еще хуже! и при этом бьют, чем попади…

«Разгружают» распределитель раз в две недели. Комиссия в количестве нескольких офицеров, отбирает нужных специалистов для работы в промышленной зоне. Остальных отправляют по отрядам и загоняют в зону, опять же при помощи дубинок, погоняя людей как стадо баранов. Численность некоторых отрядов доходит до 250 человек.

Промышленная зона, производственный участок, где работают зеки – «промка», находится рядом с жилой зоной. «Промка» занимается выпуском нескольких видов продукции. Основным здесь является производство и обработка мрамора, широко используемого для облицовки фасадов зданий.

Рис 10 Мраморка и шлакоблоки                                     Мраморка и шлакоблоки

Следующий вид продукции – цех металлоконструкций, при наличии заказчика, этот участок работает 24 часа в сутки, в три смены. Затем деревообрабатывающее производство – выполняющее заказы с воли, в основном мебель для школ и больниц.

Рис 11 Цех металлоконструкцийРис 12 слесарный цех

Цех металлоконструкций и  слесарный цех

Небольшой токарно-слесарный цех, работает на местные заказы и ширпотреб, нарды, шахматы, бильярдные столы, сувениры. Все зеки у кого есть работа, в основном сидят на небольших окладах от 1800 до 5700 сум, (на момент 2001 года курс к доллару 1/500, то есть от 3,5 до 12 долларов). Иногда перепадает крупный «специальный заказ», он хорошо оплачивается, но это большая редкость.

Также при зоне есть швейное производство, ориентированное на заказы с воли, зеки шьют постельное белье, спецодежду, телогрейки и все равно заключенные в лучшем случае спят на голых шконках и ходят в лохмотьях.

Рис 14 Швейное производство

Швейное производство

Рис 13 Швейное производство

Швейное производство

В зоне есть СПП «секция правопорядка», это осужденные добровольно вступившие туда, для помощи администрации. В их обязанность входит наведение, поддержание и удержание должного порядка, как в рабочей, так и в жилой зонах. Кроме того, СПП производит наказание и избиение заключенных по указанию администрации, но иногда и по собственной инициативе. Администрация защищает их в случае бунта, также как и солдат внутренних войск. У СПП стабильный оклад, более 2000 сум. Кроме того, у них есть возможность «отличиться», задерживать расхитителей, на лагерном харгоне «крыс», которые договариваются с работниками столовой и покупают у них, ворованное из общего котла, мясо, хлеб, маргарин и другие продукты.

В каждом отряде, есть своя «элита», это так называемые «смотрящие» — авторитеты и лидеры преступного мира, в 2000 году здесь отбывал срок некий Алимафон, по слухам, он прятался в зоне от долгов, которые он оставил на воле, проигравшись в карты. Через некоторое время, его отстранили от преступных дел и объявили «фуфлыжником», карточным должником – не способным заплатить по счету, кто-то прознал, что Алимафон мог платить «хозяину» зону за безопасность, но не хотел рассчитаться по долгам. Кончилось для него это совсем плохо, некто из авторитетов все же заплатил в ГУИН и Алимафона этапом отправили в Ташкент, больше его никто не видел, ни на воле, ни в тюрьме.

В зоне – голод, болезни и вши, как визитная карточка всех без исключения зон Узбекистана. Люди истощены, голод заставляет многих идти на отчаянные, а иногда не чистоплотные поступки. Отчего «крыс» нещадно бьют, а «продавцов» — меняют на новых. Этим занимаются в основном заключенные, которым ничего не «светит», им нечего терять, кто не подлежит ни амнистии, ни «УДО», ни «УСО».

рис 3 Производство

Производственный участок

Особое положение занимает 15-й рабочий отряд, который насчитывает до 250 человек. Это – мраморщики. Работа идет в три смены, 24 часа в сутки и без выходных. Распиловкой и шлифовкой мрамора заняты люди, владеющие достаточным опытом, определенными навыками и трудолюбием, а главное отменным здоровьем. Постоянная сырость и пыль, дает свои печальные результаты, ведь обработка столь высокопрочного материала, требует постоянного подтока воды для охлаждения режущего инструмента. Несмотря на очень тяжелые условия труда, попасть на это производство – не просто и рабочее место считается достаточно престижным, на него – очередность. Администрация колонии, основную ставку делает на крепость молодого организма. Мраморная пыль для здоровья человека – как бомба замедленного действия, пожирает организм изнутри, незаметно и тихо, но впоследствии, через несколько лет, «мраморка» — эхом отзовется на врожденных уродствах их детей. Молодость и наличие здорового тела, чрезвычайно важны в этих условиях.

Зимой, когда станок покрывается льдом и все вокруг покрыто ледяной коркой, неосторожный шаг и несчастного случая не избежать. Можно запросто оказаться под любым режущим или шлифующим механизмом. Не редки тут и смертельные случаи, но лагерное начальство скрывает эти факты. Заключение администрации в таких случаях фальсифицированы, мол, была попытка побега, и часовой после предупреждения вынужден был открыть огонь на поражение.

Вот и сидит человек с мокрыми ногами и руками на морозе, шлифуя или распиливая мрамор. В зимний период, особенно высока заболеваемость простудными заболеваниями, при появлении температуры у заключенного, его сразу отправляют в жилую зону, но при этом его никто не освобождает от обычных работ в жилой зоне. Его место сразу же занимает другой, пока сам не заболеет. Смертность при ОРЗ очень высокая, так как нет элементарных лекарств. Точнее сказать, администрация делает многое для умерщвления заключенных, своим бездействием умышленно увеличивая смертность. Как ни странно состояние здоровья и трудоспособность определяет не лагерный врач, а офицер-отрядник, так что наличие кашля, температуры 38, еще не повод для освобождения от работы. Особенно много умирают зимой, в суровых условиях пустыни Кызыл-кум, для больных, ослабленных здоровьем и стариков по истине холод и голод являются испытанием на прочность.

рис 8

Продукция зоны, тротуарная плитка

рис 7

Продукция зоны, тротуарная плитка

Потом готовую продукцию, мраморные плиты или тротуарную плитку грузят на грузовики и увозят куда надо. Младшие офицеры и прапорщики, тоже недовольны такой ситуацией. По их утверждениям, начальство при реализации товаров, кроме официальных платежей, открыто берет за каждую партию товара, «шапку» — неофициальную доплату наличными от клиента.

Летом, условия труда здесь не легче. Из крайности в крайность.

В условиях безжизненной пустыни, температура в тени + 40 и выше держится более четырех месяцев. В раскаленных помещениях – жара, вонь и сильные испарения, всех компонентов, что есть в производстве. Слой мраморной пыли всюду, не только на станках и помещении. Люди дышат этими испарениями, мраморная пыль оседает в легких, желудке. Не только заключенные, но охранники страдают расстройством пищеварения. Это не только от мрамора, но и от воды, которая насыщена вредными солями и практически непригодна для питья, но весь регион пьет эту воду и поголовно страдают диареей.

На свободе за такую работу пришлось бы платить большие деньги, и люди не позволили бы никакому начальству обращаться с ними таким образом. А тут, можно не только использовать рабский труд, но и жестоко наказывать невольников, бить дубинками до полусмерти, травить собаками живых людей как в фашистских концлагерях и добивать пинками – за невыполнение норм или другие нарушения. Как и во многих вредных производствах, колоний Узбекистана – люди работают на износ – пока не умрет от истощения и болезней. Производство мрамора и все что с ним связано, это сложный механизм, а люди всего лишь мелочь, поэтому, зеков меняют как устаревшую деталь в автомобиле, благо «запчастей» с избытком.

К 2000 году производство распиловки и шлифовки мрамора с трудом наладили, поставили устаревшие, давно отслужившие срок станки, за которыми трудятся люди даже не за гроши, за похлебку, которую даже едой назвать нельзя и право попасть под амнистию. Это те же рабы и права у них рабские, работать по 12 — 16 часов в сутки пока не подохнет, и быть избитым за любую провинность, а противном случае отправляйся в жилую зону и там вкушай все прелести тюремной жизни сполна.

Поневоле вспоминаются забытые времена, так скрупулезно описанные Владимиром Ульяновым — Лениным – «Происхождение капитализма в России». Многое изменилось с тех пор, а суть по-прежнему осталась незыблема – эксплуатация человека – человеком, для обогащения узкого круга лиц. Использование рабского, подневольного труда. Можно по разному относится к Ленину, но эти строки как нельзя актуальны сегодня, здесь и сейчас.

Отдельная тема, это одежда и обувь заключенных. Обувь, которую заключенный получает в зоне, разваливается через 2-3 месяца. При носке в нормальных сухих условиях, но в сырости она не выдерживает и одного месяца. Особенно тяжело в зимнее время, но человек держится до последнего за свое рабочее место, которое дает возможность для дополнительной «отоварки» — получение прибавочного пайка из скудных продуктов в лагерном магазине, просуществовать без которой – практически невозможно. Физически, выдерживают не все. Холод, отвратительное и скудное питание делают свое дело, человек быстро истощается и заболевает, а как финал – умирает молча, у некоторых нет сил даже говорить, таких живых трупов называют «доходяги». Освободившееся место тут же занимает другой человек, желающих, хоть отбавляй. Так, что у производственной части не болит голова о кадрах.

Многие умирают прямо во сне, лежа на холодном полу, смерть становится чем то обычным и каждодневным. Человек сначала заболевает, потом перестает ходить, потом перестает интересоваться всем происходящим вокруг, по ночам стонет и испражняется под себя, а далее просто молча умирает среди ночи и к утру обнаруживают его околевший труп. В тюремный госпиталь — отправляют, только если есть деньги у родни, «Сан город» в Ташкенте, это манна небесная, которую еще надо купить, но деньги берут не у всех, у политических или религиозных шансы попасть в «Сангород» практически равны нулю.

Но все же для основной массы заключенных попасть в «сан город» за деньги не так уж и трудно, которые, родственники платят «хозяину». «Посредником» в этой «сделке», выступает лагерный начальник медицинской части. Также блатные и СПП – частые «клиенты» в «сан городке». Узбекистан — был и остается страной, где покупается и продается все и вся, у каждого своя цена.

«Роба» — одежда заключенных, изнашивается очень быстро. Люди ходят в лохмотьях, но у начальства, кроме рабочих рукавиц вопросов не возникает, рукавицы – на рынке достаточно ходовой товар. Почти все зоны имеют швейное производство и по факту шьют спецодежду и постельное белье, но только на продажу для вольных заказчиков, в реальности зеки ходят в рванье, это делается, не только из коммерческой не привлекательности, но умышленно. Казалось бы, в чем проблема, ведь каждая зона или несколько зон в одной области могут одевать и обувать себя сами, но жизнь заключенного надо превратить в ад и у них это хорошо получается.

Так, что годами все идет самотеком, само собой, никто – никуда – не обращается, не жалуется, понимая безвыходность своего положения.

Ведь зоны здесь тихие ….

Евгений Дьяконов, из книги «Независимость строгого режима»

Евгений Дьяконов, из книги «Независимость строгого режима»